В поисках Солнца. Часть 3. Глава 6.

	Ветви деревьев шумели напевно, неторопливо, будто 
выводили лирическую мелодию. Далёкие пересвисты гармонично 
дополняли, как музыкальное сопровождение, это природное 
хоровое исполнение.  Дружки сидели в “своей” хижине одни: 
обсуждали нынешнее положение своё. Пока говорил один Геня, 
говорил увлечённо и необычно для себя горячо:
	- Ты не представляешь, Миля, что она за чудо! Этакое 
диалектическое единство чувственности духовной и красоты 
телесной. Я не хочу отсюда. Рановато, друже. Давай ещё 
побарахтаемся, насладимся чувствами, а там...
	Эмиль от такого напора слегка растерялся, не зная 
радоваться или огорчаться любовному порыву друга, всегда 
довольно рационального в отношении противоположного пола.
	Сам-то он уже давно ощущал, что пора “спускаться на 
землю” – дела ждут. Своё “сватовство” Эей воспринимал как 
красивую шутку. Девушка она на уровне, хороша всем. Её даже 
можно “утянуть” с собой, поднять потом интеллектуальный и 
образовательный уровень. И для всего этого и нужна-то мелочь – 
влюбиться в неё. А у Эмиля преобладал сейчас очередной этап 
творческого, научного подъёма. Романтика пока отступила...
					
		          *** 
	Особенности жизни древожей, их своеобразные быт и обычаи, 
уже представлялись в достаточном объёме. Вот только ещё не 
пообщались с главой племени, которого звали Устремлённый...
	- Дорогуша, - мягко прервал излияния друга Эмиль, - во-
первых, не забывай, сколько тебе лет. Когда Звея, получив 
“зрелость”, “привьёт” тебя, выяснится, что ты не способен 
“плодоносить”. А с такими как тут поступают?... Правильно – 
пичкают наркотиками и превращают в то, что мы называем – овощ. 
Наказание такое. Ты же в курсе.
	- Так то же не сразу выяснится! – взбеленился Геня. – 
Хоть полгодика любовных утех, да мои! А там... и спрыгнем.
	Эмиль же продолжал своё:
	- И во-вторых, мы достаточно получили информации о 
племени  и можем её донести до наших земных друзей. И, вообще, 
ты же сам всегда был сторонником того, что умение вовремя 
остановится – очень полезно, особенно для здоровья.
	- Да время ещё... 
	Хруст ветки за стеной и какой-то натужный присвист, 
перебили реплику Гени. Друзья насторожились, а Эмиль выглянул 
наружу – от соседнего дерева стремительно удалялась тень. Он 
пожал плечами, не придав этому факту особого значения. Хотя 
возможность того, что их подслушали, отозвалась неприятным 
ощущением. Отогнав дурную мысль, Эмиль вернулся в “дом”, и 
друзья продолжили беседу...
					
			     ***
	Это была просторная площадка, посреди которой стоял 
мощный стул, а на нём громоздился глава племени, Устремлённый. 
От рядовых древожей, он отличался существенно: пышная борода, 
пронзительный взгляд, высокий лоб и крупное тело в 
своеобразной одежде. В ней причудливо смешалось что-то от 
длинной рубахи с короткими рукавами и накидки с вырезами для 
головы и рук, а вместо брюк нечто похожее на шорты-трусы. Не 
сразу бросились в глаза босые ноги.
	По краям площадки расположились как мужчины, так и 
женщины; более десяти человек. Эмиль с Геней сидели в 
нескольких шагах от Устремлённого. Дружки время от времени 
переглядывались и переминались ягодицами, поскольку в них 
ощутимо давили брёвна.
	Очутились они тут, очевидно, традиционным способом – 
после усыпления. Поэтому процесс прибытия сюда никак не 
отразился в памяти.
	Посмотрев благодушно на “приросших к земле”, свистнув 
предварительно в сторону “зрителей”, Глава начал говорить-
свистеть. Из его речи дружки поняли, что их ожидают 
неприятности, возможно крупные. И всё из-за того, что они 
решили нарушить правила древожей и самостоятельно уйти вниз, 
то есть на землю. А такое для гостей-чужаков запрещено без 
оговорок!
	“Значит, нас подслушали”, - шепнул Эмиль дружку, на что 
тот уныло кивнул. 
	Речь Главного древожи слушали активно: постоянно 
прерывали её присвистами и взмахами рук и ног. Почему-то в 
толпе отсутствовали Эя и Звея, отчего возникли мысли о их 
возможном наказании, как соумышленников готовящегося 
“преступления”. В общем, положение дружков не вызывало у них 
оптимизма, который стремительно таял.
	В конце обвинительной речи, Устремлённый поднялся, стал 
прыгать на месте и грозно, призывно свистеть. На эти звуки из 
толпы выбежали два парня с кадками и облили “осуждённых” 
пахучей жидкостью. После чего дружки впали в спячку...

Возврат к оглавлению
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...