О пользе пустой болтовни.

(из цикла рассказов анекдотических: “Американцы провели исследования...”)

	Петька Заливайкин – паренёк возраста за тридцать - попал в 
нейтральную, с сероватым оттенком, зону везения. Это когда с одной 
стороны - обычно южной - полное везение, а с другой – обычно 
северной – полный обвал, или, по-народному, непруха. 
Оно, казалось бы, чего тут суетиться? Живи себе по середочке и радуйся в 
платочек: холостяк - никто не третирует; работа спокойная, 
отсыпная – вахтёр-охранник склада-магазина конфискованных товаров; 
друзей минимум, отчего пиво потреблял умеренно. И так по всем 
позициям обыденной жизни. 

	Жил Заливайкин в рабочем общежитии, построенном в своё, 
советское, время для трудящихся текстильного комбината. 
Предприятие ещё в лихие перестроечные годы тихо умерло, но 
выжившие работники продолжали существовать и укрываться под крышей 
доходяшного здания “общественного проживания”.
	Всё бы ничего, но в последнее время стала томить Петьку 
тоска. Поначалу такая тускловатая, иногда со светлыми полосами. 
Однако явно проявлялась тенденция к почернению. И погоды пошли под 
стать, несмотря на весну. То ветер нанесёт мусора с дикой свалки; 
то дождь зарядит холодную морось на неделю. Нарастали и другие 
“напряги”, например, как-то баклажкой, кинутой из окна “общаги”, 
облагородили по голове. А то ворона, так каркнула, да так 
неожиданно, что задумавшийся Петька, было чувств лишился. Во 
всяком случае, укрылся потом и потерял, на время, ощущение 
пространства – лбом поприветствовал угол дома.
	Тут же подоспела и другая напасть, чисто весеннего 
происхождения – стал заглядываться на девушек, причём на всех 
подряд: полных и некрашеных; в домашних халатах и без; в тапочках 
на босу ногу и тех, что с допотопными туфлями; и незавитых, и 
голодных и так далее по списку. 

	Вот в таком туманно-сумеречном состоянии встретился Петьке по 
дороге бывший дружок детства, Архипка Обухов. Был он приземистым 
парнем, с короткими, слегка кривоватыми ногами. Однако голова 
напоминала глобус, отчего сразу же производила впечатление 
принадлежности к очень начитанному человеку.

	После положенных приветствий, умеренно плотных объятий и 
похлопываний по спине, как и положено, разговорились. Больше 
изъяснялся Архипка. Он пространно и толково обрисовал своё житьё-
бытиё, где было всё: семья и дети; дом и работа; пиво и водка, 
даже левая женщина, в смысле, любовница! О ней друг отзывался с 
особенным восторгом.
	- И как ты такого добился? –не удержался спросить Заливайкин, 
восхищённо мотая головой, чувствуя себя одиноким, ничтожным и 
несчастным.  
	- О-о! – значительно протянул друг и оглянулся, будто 
собрался расширить круг слушателей. – Американцы помогли.
	- Э-э... - Заливайкин открыл рот, но слова подходящие куда-то 
запропастились, и только язык нашёлся - облизнул шершавые губы.
	Обухов схватил за рукав онемевшего дружка и потащил к бревну, 
что умостилось на газоне и давно служило скамейкой. Усадил друга и 
продолжил с воодушевлением, закинув ногу за ногу:
	- Ты же знаешь, я со школы любил разводить воду на киселе, в 
смысле – поговорить. Вот только пользы от трёпа не наблюдалось. А 
тут, вычитал по случаю в местной газетёнке “Расхожие новости” про 
исследования американских учёных из штата Калифорния о пользе 
пустой брехни, в смысле, болтовни.
	- Пустой?... – опять затуманился Заливайкин в сложном 
душевном порыве.
	- Вот именно – пустой! – гнул с посветлевшими на выкате очами 
Обухов. – Чего стоят только примеры тех, кто на себе испробовал в 
Америке советы этих продвинутых ковбоев. Скажем, такие. Одна 
бабёнка организовала на местном телевидении шоу: кто больше 
проговорит ни о чём. Народ загорелся азартом, особенно беззубые, 
кинулся состязаться и дело так пошло, что бабёнка заработала пол-
лимона зелёных, купила билет на Гавайи и удачно вышла замуж.
	Или мужик страдающий ожирением вышел на Бродвей, собрал народ 
и обнадёжил, что проговорит неделю без передыху, запивая только 
водой. И, представь себе, - пробрехал даже дольше на пару часов, 
выпил бочку воды, похудел на пуд и заработал строчку в книге 
рекордов Гиннеса! Или бывший менеджер по продаже носков, своего 
босса так извёл, доказывая сутки свою бесполезность, что тот 
подписал бумагу об увольнении работника с тройным окладом и 
оплаченной путёвкой в Китайский Тибет на полгода. Прикинь! В горы! 
	- А ты-то как? – выдохнул с надеждой Петька, перебивая друга 
и, замечая попутно, что уже солнце садится и ветер усиливается 
холодный.
	Дружок почему-то сник, завертел глазками посреди “глобуса” и 
глубоко вздохнул, глянув на часы:
	- Можно было бы ещё побрехать... Однако вечереет уже...
	- Как побрехать? – трепыхнулся Заливайкин. – Ты эт... того, 
про жену, детишек, левую бабёнку...  загнул что ли?... Лапшу 
навесил?
	- Ну, не так чтоб совсем... - поднялся на кривых Архип и 
полез в карман. Вытащил помятый стольник и глянул пронзительно на 
Петьку:
	- Добавляй, и булькнем пивком?...
	- Давай... – огорчённо протянул Заливайкин, роясь в карманах.

	Ночью спал с бреднями: снились пустые бочки, голая квартира и 
ящик с опустошённой стеклянной тарой. Главное, живот чего-то 
нудило, и он тоже ощущался порожним.

	Все эти “пустые” сновидения, вместе с весенними томлениями 
прилипли к парню крепко и явно мешали работать. Он то пропускал 
всех на склад-магазин конфискованных товаров не глядя, то цеплялся 
к посетителю, пытаясь доказать, что ему тут делать нечего.
	И вдруг в ореоле наружного света в проёме двери появилась 
Она! Ангел и только – даже крылышки мелькали в лучах 
разгулявшегося солнца!
	Петька переводил взгляд снизу – туфли на шпильках, вверх – 
личико с лучистыми очами под чёрной шляпкой, и млел от тёплых 
струй, пронизывающих все части тела.

	- Это склад?... – вальяжно молвила Она, вскинув вверх 
ровненькие чёрные бровки, демонстрируя сумочку в левой руке.
	- Он самый... – медленно поднимаясь, начал Петька и вдруг 
понёсся с воодушевлением по кривой вверх. – Склад у нас не 
простой. Одно здание чего стоит. Построено в стиле советского 
конструктивизма во времена генсека-лапотника, незабвенного Хрущёва 
Никиты, сына Серёги Хруща – эт деревенская кликуха. Так вот... – 
видя, что Она заинтересовалась, округлила очи, изобразила на губах 
смешинку, Перька смелее рванулся далее. – Поначалу сюда свозили 
кукурузу, не конфискованную, а натурально собранную, причём, до 
последнего зёрнышка. Вообще, этот злак очень полезен не только 
свиньям. Из него делается до сотни продуктов – съедобных конечно – 
и для живого населения. Например, качан томленный в листьях 
лопуха...
	- И вы это пробовали? – срывающимся голоском, сдерживая 
смешок, прыснула в кулачок Она.
	- Я не пробовал, но знакомый делился: такую гадость, даже 
папуасы Маклая не едали! А, вот, кукуруза, запечённая на медленном 
огне на дровах из гнилого ясеня, на вымени подгулявшей козы, очень 
даже имеет ресторанную перспективу... – сиял Заливайкие, заливая 
далее.

	А за дамочкой уже выстроилась цепочка озабоченных и 
нетерпеливых. Мужичок в очках, согбенный, как поношенный 
вопросительный знак, тёр стекла и громко шептал:
	- Тут, оказывается, кукуруза! А рекламировали ассортимент...
	- Как кукуруза? – выглянула из-за “согбенного вопросом” 
пухленькая, надутая бабёнка. – А мне говорили: итальянские 
сковородки подкинули?
	Очередь заволновалась и вдруг дружно выдавилась наружу. Там 
народ умостился перед вывеской и, тыкая в неё пальцами, шумно 
затеял обмен мнениями. 
      А Петька нёс дальше:
	- ...недалеко от склада сохранился пруд. Этот водоёмчик 
свеженький, но с лягушками. Их, кстати, едят не только 
наполеоновские французы, но и проголодавшиеся румыны. Мой дед 
воевал там с цыганами, укравшими у него – кстати, интересное 
совпадение – мешок кукурузы для своих гужевых колясок. 
	
	Она уже хихикала с мокрыми очами, когда к вертушке подошёл 
менеджер по присмотру за посетителями. Он оторопело оценил 
обстановку, сложившуюся на входе, и прохрипел, наклонившись, к уху 
Петьки:
	- Про какой овёс и венгров ты несёшь? Пропускай народ, мы уже 
час маемся без покупателей, мать твою...

	А Она изящно протянула ручку с визиткой Петьке и, сдерживая 
смех, пропела:
	- Жду вас вечером, по указанному адресу. Ну, очень мне 
пришлась по душе ваша лапша, в смысле, кукуруза! Жду!

	Вот так жизнь Заливайкина резко крутанулась, выйдя на жизнь 
женатую, даже где-то достойную. А вы говорите “пустая болтовня”, 
да ещё и про силос, то есть, кукурузу! 

25.04.18 года.

ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш адрес email не будет опубликован.

 символов осталось