Глава 6. Восстание.

	Давно отзвенел звонок, известивший об окончании рабочего 
дня. В комнате висел гнетущий полумрак. Тишина давила 
одиночеством, а Иов молился, стоя на коленях перед своей 
иконкой.

	... После просмотра видеофильма, парень выглядел 
удовлетворённым. По коридору шли вместе, и Главный продолжал  
восторгаться перспективами “антисатанинской” войны. Иов же 
учтиво поддакивал.
	- Не забудь – скоро медицинская профилактика, - прощаясь, 
напомнил Фудзияма.
	- Я не забыл...
	В действительности Иов подзабыл об этой процедуре, и 
напоминание оказалось совсем не лишним. Закрывшись у себя, он 
аккуратно закатил рукав рубашки левой руки – локоть был 
забинтован! “Да, как же это я упустил?...”  Мысли потекли 
спокойнее, а мозг медленно, но неумолимо освобождался от 
наваждения. “Когда, в какой момент, Фудзияме удалось прилепить 
ампулу с психотропным лекарством, чтобы сделать из меня 
подобие робота? – мучительно размышлял Иов. – Музыка! Да, да – 
музыка! Она была вначале и действовала непрерывно. Странно, 
почему сейчас тихо?” 
	Порывистыми движениями разбинтовал руку: тоненькая 
трубочка от ампулы уходила в вену. Сорвал стекляшку и зажал 
пальцами выступившую капельку крови. Потом осмотрел ампулу на 
свету – она была пустой!
	“Вот зачем нужна медицинская профилактика... – осенило 
Иова. – Обновить наркотик. Похоже, неувязка получилась: ампула 
опустела раньше срока. Этим, очевидно, и объясняется моё 
“пробуждение”. Нужно срочно что-то придумать и действовать 
немедля, иначе опять дурман, а дьявольская воля продолжит свою 
гибельную поступь и принесёт немало бед”.
	
	Тихий стук в дверь, заставил Иова вздрогнуть. Он глубоко 
вздохнул, освобождаясь от мыслей, затем подошёл и открыл дверь 
– перед ним стоял Танака!
	- Разрешите войти? – без акцента, полушёпотом, спросил 
японец.
	- Да, да, пожалуйста, - подивился Иов неожиданному 
визиту, как и чистому русскому произношению.
	- Закрывайте хорошо дверь - желательно, чтобы нас не 
увидели вместе.
	Иов старательно задвинул засов и пригласил гостя к столу. 
	- У меня к Вам разговор... серьёзный.
	- Слушаю внимательно.
	- Как Вы, святой Александр, себя чувствуете?
	- Уже неплохо...
	- Я отключил музыку в вашей комнате и, по моим расчётам, 
действие ампулы тоже должно кончиться...
	От таких слов Иов слегка опешил, а потом стушевался и 
показал пустую ампулу:
	- Да, вот она.
	- Вы удивлены и насторожены. Не бойтесь – мне можно 
доверять. Вам низкий поклон от Варвары. Она в полном здравии и 
находится в специальной лабораторной зоне. Это очень секретное 
и охраняемое место, поскольку там создаётся, так называемое, 
“оружие возмездия”. Мне удалось уговорить Фудзияму, учитывая 
бесперспективность Варвары как воина, взять её на подсобную 
работу. Я надеюсь, Вы в основном представляете, чем здесь 
занимаются и что происходит?
	- Кое-что вырисовывается, но...
	- Чтоб не было сомнений относительно меня, коротко 
представлюсь. Варвара рассказала мне о Вас, и я понял, что мы 
единомышленники. Поэтому буду откровенен. Так вот, если 
коротко: я - разведчик! Представляю российскую секретную 
службу по борьбе с терроризмом. Чтобы внедриться в сеть (в 
одном из центров которой мы находимся), я проделал длинный и 
сложный путь через Японию. В результате, связь с руководством 
утеряна. Мне приходится действовать самостоятельно. В этой 
ситуации очень важно найти, как Вы понимаете, сообщников. 
Выслушав Варвару, решил сделать ставку на Вас. Кстати, Вы 
единственный, знающий, кто я таков. Варвара относится ко мне, 
как к хорошему японцу.
	- Если правда то, что Вы говорите - это поразительно! 
Простите, что прервал, но можно уточнить кое-что?
	- Да, конечно...
	- Вы говорите – нет связи, но ведь я сам видел мощный 
центр! Неужели его нельзя использовать? Тем более – он в Ваших 
руках.
		- В целях конспирации и скрытности, центр работает только 
на приём. Передатчик есть на непредвиденный, чрезвычайный 
случай. Но он находится у Фудзиямы в сейфе. Доступа к нему у 
меня нет.
		- Понятно... 
		- Вы уже догадались, что здесь создаётся биологическое и 
химическое (в виде ядов и психотропных веществ) оружие, 
которое именуется оружием Возмездия. При его создании 
применяется опыт печально известного японского секретного 
отряда 731, действовавшего в годы второй Мировой войны. Как 
подопытный материал и как исполнители терактов, используется 
люди здешней старообрядческой общины.
		- Я об этом догадывался...
		- Фудзияма держит под контролем всех, начиная с 
преподобного Иоанна и заканчивая подростками, теми, кто может 
пригодиться в “святом деле”.  Для этого применяются 
изготовляемые здесь же психотропные вещества в сочетании с 
психологической обработкой. Специально составленные 
музыкальные произведения втолковывают в подсознание полное 
подчинение наставнику, угнетают волю. Внушается мысль, что Мир 
покорён сатаной и общине выпала великая миссия, данная Богом, 
бороться с сатаной.
		- Это чувствуется сразу...
		- Идея “возмездия” удачно легла на благодатную почву 
борьбы с большевиками-атихристами, заложенная в двадцатых 
годах Александром Норышкиным.
		- Александр – мой родственник, двоюродный прадед.
		- Вот как? Удивительно тесен мир.
		- Но я воспринимаю своё невероятное присутствие здесь, 
как веление Божье.
		- Возможно, возможно... Будем считать, что Вы посланы 
самим проведением помочь мне.
		- У Вас, наверное, есть план?
		- Да, мы его сейчас обсудим...

						*   *   *
		А тем временем преподобный Иоанн, как и вся община, 
пребывали в смятении и тревоге, вызванных новым исчезновением 
Александра. Иоанн смутно припоминал последнюю с ним встречу, 
но одни слова всплывали часто: “Не может богоугодное дело вред 
нести... любой!”
	“Неужели Господь вновь прибрал Александра? – обдумывал 
горестно преподобный. – Однако не может быть сего! Александр 
явился неспроста. Его миссия – изменить жизнь нашу, которая с 
приходом японцев будто пала в пропасть туманную. Мы – за 
оружие Возмездия. Однако уход наших детей, превращение их в 
юродивых –  сеет в душах православных семена страха и 
отчаяния. Появление Александра община восприняла как знак 
Божий, как надежду. И вдруг - опять исчез! Может к сему япошки 
причастны? Но почему молчит Федька?” – мучили сомнения Иоанна.
	Ещё большую сумятицу внесло возвращение Акулины, дочери 
Петра, того самого, что с Ваньшей нашёл в лесу Иова. Пётр с 
женой Стешкой так обрадовались дочери, что долго не могли 
поверить в это чудо божие. А, когда пришли в себя, собрали в 
зале Торжеств общину и, усердно помолясь, устроили праздник. 
Стол накрыли всем миром и, закончив трапезу,  долго пели 
старинные песни и даже плясали.
	Иоанн всю свою непростую жизнь был одинок, но радость 
родителей Акулины воспринял как собственную. “Что-то не так у 
нас деется, - глядя на людское веселье, думал преподобный. – 
Пока не было японцев, мы жили ладно, спокойно, хоть и трудно. 
Чем могли, помогали Александру и его соратникам. А сейчас – не 
то! Святой Александр... Поговорить надобно с Акулиной”, - 
подытожил ход  мыслям Иоанн, посматривая на смущённую, 
раскрасневшуюся от нахлынувших чувств девушку.
	И, когда она, взволнованная и возбуждённая, сидела в 
келье преподобного, он спросил её, важно разглаживая бороду:
	- Скажи, дочь моя, как на исповеди – что было с тобой за 
всё время отсутствия?
	- Помню смутно и неясно, - начала девушка робко. – 
Кормили... помню, поили. Музыка, такая тихая... Иногда 
неприятная...  Чему-то учили, а чему?... Да, вот ещё, -  
наставник у нас был хороший. Кого-то он мне напомнил? 
	- Имя его какое?
	- Кажется... Александр.
	- Александр? Молод, с редкой бородкой и усиками?
	- Да! Точно! – закивала Акулина.
	- Вон оно как... – протянул Иоанн. – Знать не Господь, а 
Федьша к себе прибрал! 
	 В глазах преподобного загорелись злые огоньки. Он встал 
со стула и гневно произнёс, стукнув рукой об стол:
	 - Не быть сему!
	Девушка удивлённо посмотрела на рассерженного святого 
отца.

					*   *   *
	- План мой прост в изложении, но сложен, как всегда 
бывает, в исполнении, - продолжал тихо Танака. – Есть в одной 
секретной комнате контейнер со снотворным газом. Его привезли 
с “большой” земли на непредвиденный случай.  Вот на этот газ я 
и делаю  ставку. Нужно усыпить Фудзияму с его помощниками. 
Затем поместить их в тюрьму-изолятор – есть такая для 
провинившихся. После чего завладеть передатчиком и связаться с 
Центром. А дальше, как говориться,  дело времени и техники.
      - А как самим не пострадать, да и община?
      - Центральный вход прикрывается герметичной (если Вы 
обратили внимание) дверью. Поэтому газ отсюда не выйдет. А мы, 
и Варвара в том числе, наденем противогазы.
      - А как использовать газ?
      - Вот для этого мне и нужны помощники. Есть здесь 
помещение, где проводятся массовые мероприятия – что-то 
похожее на актовый зал. По моему предложению, для лучшего 
проветривания, проложили туда вентиляционные трубы. Они 
проходят над комнатой, где находится контейнер с газом. Я уже 
всё подготовил для подсоединения этой комнаты к вентиляционным 
трубам. Остаётся собрать “компанию” Фудзиямы  в актовом зале и 
пустить газ.
      - Понятно. Последнее, очевидно, должен буду сделать я.
      - Да, я так и планирую. А вот как собрать всех вместе – 
надо обдумать.
      - Как японцы проводят  свободное время? Смотрят ли 
телевизор? – подумав, задал вопрос Иов.
      - Фудзияма установил жёсткий порядок. Свободное время 
строго регламентировано: еда, отдых, борцовский и 
физкультурный залы, тир. Всё подчинено делу. А телевизор 
посчитали вредным для работы: отвлекает, навевает тоску по 
Родине и обычной земной жизни.
      - Да... – задумался Иов и вдруг предложил: - А что, если 
убедить Фудзияму, для психологической разгрузки, провести 
коллективный просмотр видеофильма. Сделайте-ка в своём центре 
запись развлекательного, да и ещё и японского кино, а?
      - Это мысль... – задумался Танака. – Вполне возможно, что 
Главный согласится: уж очень однообразная здешняя жизнь. Были 
даже случаи нервных срывов. Недаром тюрьму-изолятор завели.
      - А какова роль Варвары?
      - Подстраховывать и дежурить возле дверей “газовой” 
комнаты, пока я буду разбираться с контейнером. Отсутствие 
женщин накладывает отпечаток на мужчин, тем более при таком 
монашеском образе жизни. Поэтому многие заглядываются на 
Варвару, хотя это жёстко пресекается. Однако же, Варваре будет 
легко отвлечь внимание посторонних, если таковые появятся.
      - Ну вот, в основном, мы и набросали  план, - подвёл 
своеобразный итог Иов. – Остаётся - действовать. Меня в этом 
плане привлекает отсутствие насилия и, главное, крови! Господь 
указывает нам правильное направление. Я надеюсь, что потом - 
может я, может, кто иной - убедит Фудзияму, что избранный им 
путь – ошибочен! Люди не всегда ведают, что творят: легко 
поддаются греховным помыслам и устремлениям. Но Господь учил 
последователей своих быть терпеливыми в разъяснении Веры  и 
заповедей святых. И уж никак нельзя применять силу, оружие и 
вести к смерти людей, пусть и обманутых.
      - Вы, дорогой Александр, где-то правы, но, по-моему, не 
совсем... – усмехнулся Танака.
      - Заповеди Господни истины! Если бы им следовали все, то 
на Землю уже давно бы опустился божественный рай! – 
загорячился Иов.
      - Может, может... Но ситуация на Земле такова, что часто 
зло приходиться пресекать тоже злом. Как бы ни хотелось по-
другому.
      - Это и есть величайшее заблуждение!
      - Ну, хорошо, хорошо – не будем спорить, уважаемый 
святой, а начнём, как Вы правильно подметили, - действовать.
      - Но нашу полемику считаю не законченной. Мы её 
продолжим. А действовать надо  немедленно – скоро медицинская 
профилактика.
      - Ничего – я помогу Вам её пройти, - уже спокойнее сказал 
Танака, поднимаясь со стула.
      Его серая тень причудливо прыгнула на стену и на 
мгновение замерла...
      
      				*   *   *
      Фудзияме было за сорок, но он, как и все японцы, выглядел 
гораздо моложе. И, хотя долгая подземная жизнь наложила свой 
отпечаток, в глазах сверкал живой огонек, а внешне выглядел 
свежим и подтянутым. 
      После завтрака, Фудзияма обычно приходил в центр связи 
для просмотра на компьютере инструкций Центра, присланных по 
электронной почте. 
      В тот день Танака куда-то вышел, и Фудзияма остался один. 
Шум электронной аппаратуры сливался в единый, равномерный гул 
и убаюкивал.
	Просмотрев почту, не найдя ничего существенного, Фудзияма 
задумался... На экране двигались причудливые фигуры системной 
заставки, они не мешали, а наоборот упорядочивали мысли. А он 
был тонким психологом и наблюдательным человеком, к чему, в 
немалой степени, приучило общение с русскими. 
Непредсказуемость их поведения, даже при отлаженной методике 
психологической обработки, - часто ставила в тупик. Из-за 
этого от некоторых, как и от старых японцев, приходилось 
избавляться ... навсегда.
	Привлечение Иова к “делу” Фудзияма рассматривал, как свою 
маленькую победу, которая должна была существенно улучшить 
результаты. И вот, пожалуйста – неудача с Акулиной! А, 
казалось, девушка – впечатлительная, податливая.
	И сейчас он интуитивно чувствовал: что-то происходит с  
Иовом, какие-то неуловимые изменения во взгляде, выражении 
лица, в поведении. “Надо понаблюдать за ним, - решил Фудзияма. 
– Медицинскую профилактику пока отложу: психотропное 
воздействие может помешать наблюдению. А, чтоб меньше 
бросалось в глаза, привлеку к этому делу Иоко! Он часто по 
службе ходит по комнатам и не вызывает подозрения”, - 
удовлетворённо согнул он морщинку между бровями и уже весело 
взглянул на монитор.

	...Первое же сообщение от Иоко встревожило: Иов несколько 
раз (чего раньше не замечалось) встречался в своей комнате с 
Танакой! Причём эти встречи явно были тайными. “Танака заходил 
не сразу, проверял: нет ли посторонних глаз”, - докладывал 
улыбчивый Иоко, который в действительности был не так прост, 
как казался. Угодливость и желание выслужиться перед 
начальством – были плохо скрываемыми чертами его характера.
	- Молодец,  продолжай наблюдение, - похвалил начальник, а 
сам задумался: “Танака?... Какие у него могут быть общие 
интересы с Иовом?”
	Повышенная подозрительность Фудзиямы была вызвана ещё и 
последним письмом из Центра, где сообщалось о провале двух 
лабораторий на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В связи с 
чем предписывалось усилить бдительность.
	“Надо проверить Танаку на вакцине “лжи”, а потом и... 
Иова”, - решил японец.

	...Со связанными руками, Танака сидел на стуле и, 
наклонив голову, не мигая, смотрел в пол. Вокруг него, заложив 
руки за спину, нахохлившись, ходил Фудзияма и с короткими 
паузами задавал вопросы. На столе, придвинутом к стене, лежали 
шприц и ампулы. Пахло спиртом и лекарствами.
	Вопросы Фудзияма задавал умело: к главным, ключевым – 
подходил не сразу, несмотря на применение вакцины “лжи”. Эта 
вакцина действовала по принципу: что в нормальном состоянии у 
человека на уме, то у “вакцинированного” на языке. Нужно 
только правильно сформулировать вопросы.
	- ...в какого Бога веришь?
	- Христа... Только в Христа! – бормотал Танака, брызгая 
слюной.

	Когда два широкоплечих японца из общей охраны неожиданно 
набросились на него в кабинете Главного и заломили руки, 
Танака понял – предстоит допрос! Пока с ним возились, как мог, 
готовился к предстоящему испытанию.
	- Я в чём-то провинился? – пытался он тянуть время, 
наблюдая, как Фудзияма, надломив ампулу, уже наполняет шприц.
	- Нет, нет! Что ты, - всего лишь поработаешь на науку: 
нужно проверить действие нового психотропного вещества именно 
в таком, шоковом, режиме. Извини, что выбрал тебя. Не бойся – 
плохих последствий быть не должно.
	С этими словами Главный подошёл и сделал укол в шейную 
вену. К тому времени Танака попытался максимально 
сосредоточиться, вспоминая всё, чему учили о допросах в 
спецшколе.

	- ...Тебе нравится то, чем занимаешься?
	- Да, конечно.
	- А чем ты занимаешься?
	- Т-техникой, - выдавил с задержкой Танака.
	- Какие черты характера Иова, тебе больше всего нравятся?
	- Вера…
	- Во что?
	- В Христа.
	- А ещё во что?
	- В добро… людей…
	Вопросы сыпались и сыпались. Со стороны это напоминало 
беседу врача с больным.
	- Значит, Иов любит людей?
	- Да.
	- Любых?
	- Да…
	- И тех, которых мы уничтожаем?
	- Да.
	- А как же царство сатаны, его последыши? Их ведь надо 
уничтожать!
	- Возродить  словом б-божьим.
	- Так проповедует Иов?
	- Да.
	- Значит он против того, чем мы занимаемся?
	- д-да – мотая головой, выдавливал Танака.
	- И, что он предлагает?
	- м – м – м...  - тело  задрожало и скатилось на пол.
	Фудзияма подошёл к дёргающемуся помощнику, заглянул в 
поблёкшие глаза и понял: на сегодня допрос закончен. Открыв 
дверь, вызвал охранников и приказал отнести Танаку  в спальню. 
Потом уселся и задумался. Много выведать не удалось, но кое-
что становилось ясным и объясняло изменения в поведении и 
облике Иова.
	“Выйдя из-под контроля, он, с его христианским 
человеколюбием, попытается противостоять, - размышлял 
Фудзияма, - и использовать Танаку! Нужно срочно вернуть Иова в 
прежнее состояние и впредь строго контролировать!”
	Быстрые шаги по коридору и отдалённые голоса прервали 
мысли. Дверь открылась, и в кабинет стремительно зашёл 
запыхавшийся начальник внешней охраны. Глаза его тревожно 
бегали, а узкий лоб хмурился.
	- Разрешите доложить, мой начальник! – чётко, по-
военному, отрапортовал охранник.
	- Докладывайте.
	- У центрального входа собралась толпа людей во главе с 
их начальником, Иоанном. Требуют вернуть святого Александра и 
всех своих. Хотят видеть Вас, мой начальник. Люди ведут себя 
воинственно: кричат, машут руками, рвутся к двери. Говорят, 
если не выполним их требования, возьмут силой!
	- Идём! – забеспокоился Фудзияма, соображая: - “Чтобы это 
значило? Почему община вышла из-под контроля?”
	Многоголосый шум был слышен уже издали.
	- Федьку сюда! Федьку!
	- Игнат, сын мой!
	- Святой Александр!
	- Кара Божья... Анафема...
	Лишь изредка прорывались голоса охранников на ломаном 
русском.
	- Успокося, успокося!
	- Сисяс буди!
	Открыв дверь, Фудзияма смело вышел к волнующейся толпе. 
Увидев его, люди притихли. Только Иоанн грозно сверкнул 
взглядом и провозгласил:
	- Знаю, ты забрал у нас Александра и тем лишил мой народ 
веры и надежды. Уймись Федька! Отдай нам и его, и детей наших! 
Инако, православные в гневе праведном сомнут тебя и людишек 
твоих!
	Слушая преподобного, Фдзияма хладнокровно обдумывал, 
какие действия предпринять:  “Если прямо сейчас отдать Иова, 
то контроль над общиной будет утерян и всё усложнится. Значит, 
нужно людей успокоить и обнадёжить. Если не получится, то...”.
	Моргнув начальнику охраны, выждав, когда Иоанн закончит, 
начал говорить твёрдым решительным голосом:
	- Братья и сестры! Позвольте к вам обратиться именно так, 
потому что у нас одна Вера и цель одна: молиться Господу 
нашему и бороться с общим врагом. Я не забирал у вас святого 
Александра. Он сам пришёл – помочь словом праведным в деле 
нашем. Он выйдет к вам и скажет об этом, чуть позднее...
	- Не надо апосля! Счас давай! – крикнул кто-то, и толпа 
вновь загудела.
	- Не крути, Федька – зови Александра немедля! – поддержал 
Иоанн строго.
	Фудзияма замешкался: не приходилось ещё видеть таким 
решительным главу общины. А из толпы вновь понеслись крики:
	- Детей возверни!
	- Не по христиански сие!
	Краем глаза Фудзияма увидел, что начальник охраны 
возвращается с вооружёнными японцами. Да, такой вариант был 
предусмотрен: если община выёдет из повиновения – применить 
силу и установить жёсткий режим. Пойти на любые меры, но 
продолжить работы – такова установка Центра.
	Фудзияма кивнул и охрана, используя приклады винтовок, 
стала  оттеснять людей.
	- Послушайте меня, братья и сестры! – опять было начал 
Фудзияма и замер - растолкав охранников, из дверей 
стремительно появился Иов! Глаза его напоминали две большие 
чёрные точки, а губы были крепко сжаты. Толпа удивлённо 
охнула. Иоанн бросился навстречу, но остановился в полушаге. 
Иов же поклонился людям, перекрестившись:
	- Бог вам в помощь, мои дорогие! Рад видеть всех и, в 
особенности, Вас, преподобный Иоанн!  – А более всего  рад, 
что вы, как и я, освобождаетесь от чар инородных! – повернулся 
он к оторопевшему Фудзияме. - Не богоугодные дела здесь 
деются! Был я в том Мире и знаю: не сатанинское то царство. А 
страна наша, тяжко, болезненно, но возрождается. Веру 
христианскую вновь почитают, строят новые храмы. Людей 
потерявшихся, грешных, неверующих – много. Но не убивать их 
надо, а слово нести к ним доброе, христианское...
	Иов ощутил, что задыхается, а глаза режут и туманятся. 
Уже не замечал, что с остальными происходит то же самое. А 
Фудзияма, который нащупывал под рубахой пистолет, зашатался, 
как пьяный. Никто уже не видел, как лёгкое прозрачное облачко 
медленно накрывало всех: японцев, Иоанна, Иова и внимающих ему 
людей...
Часть 2. Глава 7. Пробуждение.
Возврат к оглавлению
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш e-mail не будет опубликован.

 символов осталось