Глава 5. Лагерь.

      Когда по утопающей в разнотравье, еле видимой грунтовке 
приехали на место и вышли из машин,  парни ошарашено замерли - 
среди заросшего лесочка виднелись одни развалины! В основном 
это были засыпанные землёй, листьями и высохшими ветками 
разбитые фундаменты. Только у одного строения сохранились 
каменные стены.
      - Как после атомной войны... – обречённо выдохнул кто-то.
      - Работы-ы-ы - непочатый край!
      - Фуфло это всё, пацаны. Поехали назад, - разочарованно 
махнул рукой Бодун, презрительно скривив почерневшие губы.
      - Не канючь! – остановил его Бур.
      Он и сам не мог понять, чем привлекла идея Иова: может, 
надоело жить в постоянным напряжении и подспудном страхе, 
может в душе стало  меняться что-то.
      - Кому не нравиться – можете сматываться, - буркнул он 
раздражённо. – А я предлагаю найти и привезти из города 
прораба. Пусть оценит объём и характер работ. Закупим 
стройматериалы и с Божьей помощью, - он хитро глянул на Иова, 
- отстроимся.
      - То что трудом и потом добывается, - поддержал Иов, - то 
ценится! Приехать на всё готовое... сами понимаете. А вот 
построить своими руками... Здесь будет наше пристанище и никто 
не помешает нам жить по тем законам, которые мы установим. Я 
думаю, это будут законы справедливые.
      Слушали Иова с напряжением на лицах. На следующий день, 
когда приехали с найденным на одной из строек прорабом, от 
желающих потрудиться не осталось и половины.
      - Ничего, - ободрял Бур, видя, что нет и Бодуна,  они ещё 
пожалеют.
      И работа закипела...
      Перед Новым годом, когда с серых, унылых туч уже срывался 
снег, а голые деревья грустно скрипели в жёстких объятиях 
ветра, отметили первое новоселье. Отстроенный дом, со 
струящимся из трубы белым дымом, казался сказочной избушкой в 
зимнем лесу.
      	
      	 				*  *  *
      В образовавшейся общине, где людей осталось всего-то 
ничего, Иов стал негласным лидером. Этому способствовали его 
возросший авторитет, повышенная активность и уверенность, что 
всё получится.
      По своей традиции в одной из комнат обустроил молельную и 
весь быт ребят подчинил жёсткому распорядку с монастырской 
окраской: утренняя и вечерняя молитвы с короткими проповедями 
и... труд! Несмотря на зиму, продолжили обустраивать лагерь: 
соорудили забор, привели в порядок двор, сколотили нехитрую 
мебель. Расчищали и копали ямы под фундамент будущего 
строительства.  За продуктами Бур и Лещ ездили в город - благо 
деньги ещё имелись.
      - Не плохо бы и девочек на перевоспитание взять, - хитро 
прищуриваясь и шмыгая расплющенным носом, как-то закинул 
удочку Лещ. – А то и правда скоро в монахов превратимся.
      - Что-то в этом есть! А, Праведник? – лукаво скосил глаза 
Бур.
      - Не торопитесь, - нахмурился Иов. – Души ваши не 
окрепли, от скверны не очистились. Прелюбодеяние и разврат – 
грех большой. Только любовь может оправдать связь с женщиной, 
которая должна стать женой и матерью детей ваших.
      - Оно-то так... - спрятав недовольство, согласились 
ребята.
      Были в общине и наркоманами. С ними Иов работал отдельно. 
Сеансы гипноза и физический труд делали своё дело, и ребята 
удалялись от смертельной зависимости. 
      Поначалу замкнутая, однообразная жизнь тяготила. Но когда 
Иов предложил разнообразить время прогулками на лыжах, 
катанием на санках, - стало веселее. Да и многих уже согревала 
мечта о том времени, когда можно будет уйти из лагеря и начать 
новую жизнь. 
      
      В заботах, трудах и сомнениях  незаметно прошла зима. 
Шумом ручьёв, ярким солнцем, набухшими почками  и пением птиц, 
- возвестила о себе весна. Её приход вызвал в лагере радостное 
возбуждение и волнение - новые надежды в той или иной степени 
охватили каждого.
      Иов, стоя на крыльце перед своими “иноками”, освещённый 
солнцем, с развевающимися на игривом ветру волосами, говорил:
      - Воздадим славу Господу нашему, что помог не сломаться 
духом и телом в зиму ушедшую. Теперь легче будет, так как 
милость Господня бесконечна...
      Парни слушали наставника и, следуя ему, уже привычно  
крестились.
      Устоявшаяся жизнь общины, её существование неожиданно 
были поставлены под угрозу...
      
      						*  *  *  
      Раннее утро...
      После ночного дождя пахло сыростью, прошлогодними 
листьями, землёй и сырой древесиной. Но солнце жёлтым шаром 
уже выкатывалось на чистый, сияющий лазурью большак-небосклон, 
а птичья серенада становилась всё громче.
       Помолившись, ребята выходили из дома, чтобы совершить 
утреннюю пробежку по лесу. И каждый так и оставался на крыльце 
в тревожном недоумении: во дворе, полукругом стояло около 
десятка знакомых лиц во главе со... Слоном. Рядом, отводя 
глаза в сторону, переминался Бодун. 
      Напряжённую паузу прервал главарь:
      - Ну, что, святые вы мои, - заиграла в руках знакомая 
плётка, - скрыться вздумали! Надеялись отсидеться, отмазаться.  
А зря…  Долги-то пухнут, Бур! Проценты дуются, пеня растёт, - 
злобно сверкали глаза. – До сих пор не пойму – как вы тогда 
слиняли? Что скажешь, Косой?
      Косой, стоявший сзади, ухмыльнулся толстыми губами, 
переместил во рту жвачку и, скорее, промычал, чем высказался 
внятно.
      Бур  тяжёлой поступью,  спустился с крыльца. 
      - Долг мы отдадим, но позже, когда заработаем. Сейчас 
денег нет: ушли на обустройство лагеря. Бодун, подтверди, ты 
же знаешь.
      Тот только передёрнул плечами. 
      Предательство бывшего друга Сергей воспринимал, как 
естественный шаг. В бандитской среде такое бывало часто, 
поэтому он не высказал ни слова упрёка.
      - Я твои бабки не считал. Откуда я знаю... – с явной 
неохотой выдавил Бодун.
      - Да плевал я на твой лагерь, - перебил их Слон. – Мне 
живые бабки нужны. Вы тут вместе со своим попиком богадельню 
устроили - прям мужской монастырь какой-то! Даже баб нету. 
Может подкинуть? – захохотал было бандит и тут же осёкся.- 
Разломаю-ка я ваше божье гнездо. А попик ваш, говорят, прямо 
полубог – чудеса творит. А ну-ка, иди сюда! – Слон ткнул 
пальцем в Иова. – Проверим твои способности.
      Иов, не торопясь, спустился с крыльца, повернулся к 
восходящему солнцу; поклонился крестясь, что-то прошептал и 
направился к бандиту. Подойдя, сказал, глядя прямо в глаза:
      - Ты несчастный человек! Злоба и алчность травят душу 
твою и ум...
      - Да что ты глаголешь, святоша! Ты и мне собираешься 
проповеди читать и мозги причесывать?... Пожалуй, я не буду 
прямо тут проверять твоё бессмертие. – Бандит резво выхватил 
из-за спины пистолет. – Возьму-ка тебя в заложники.  А то,  
смотрю, ты тут паханом заделался. Так ведь, Бур? 
      - Не трогай его, меня возьми! – кинулся, было,  Бур, а за 
ним и Лещ, сжав кулаки
      Бандиты как по команде выхватили пистолеты. Главарь же 
выстрелил в воздух:
      - Стоять! Перестреляю всех как кошечек в тире!
      Парни вынуждены были задержаться.
      - Как я решил, так и будет! – грозно пророкотал Слон. – 
Ваш поп и должок тянет на... сто штук “зелени”. Ясно,  Бур? 
Срок – месяц.
      - Откуда такие бабки? – возмутился Сергей.
      - Отдавать надо вовремя, а не в жмурки играть. А поп 
будет залогом твоей благоразумности. Заодно проверим его на 
вшивость: посмотрим, кто кого будет учить насчёт души и ума. 
Возьми его, - кивнул Слон Косому, - и отведи в машину. Всем 
всё ясно? – окинул взглядом понуро стоящих парней. – И не 
вздумайте опять голову морочить! Из-под земли достану... 
Поехали! – махнул своим главарь.
      Бандиты развернулись и гуськом поспешили к воротам, уводя 
Иова.
      - Не унывайте, братья! Я скоро вернусь! – крикнул Иов, 
обернувшись.
      - Давай, давай – двигайся! – подгонял  прорезавшимся 
голосом Косой. - Когда бабки выплатят, тогда и вернёшься.
      Ошеломлённые общинники вышли за ворота и тревожно 
смотрели вслед отъезжающим  автомобилям. А Лещ прошептал 
уверенно:
      - Вернётся, однако, - век воли не видать...
Часть 1. Глава 6. Шабаш.
Возврат к оглавлению
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш e-mail не будет опубликован.

 символов осталось