Глава 16. Драма на острове.

     Чай заканчивался, и уже обсуждали, как легче выбраться с 
острова. За окном посветлело, и Сизов почувствовал себя 
бодрее. Аня помогала Хитрому убирать со стола и мыть посуду в 
деревянной кадке, прислонённой к печке. Она с улыбкой 
поглядывала на ожившего капитана. Настроение подъёма, 
казалось, витало в воздухе -  готовились в дорогу... 
      Вдруг резко открылась дверь и на пороге появились два 
субъекта в защитных армейских костюмах и с ружьями. Один их 
них, высокий и грузный, ни слова не говоря вскинул ружьё! 
Другой, оставаясь сзади, повторил то же самое.
      - Ой! – вскрикнула Аня, чуть не выронив чугунок, который 
вытирала тряпкой.
      Дед Пантелей с поленом в руках выглянул из-за девушки и 
побледнел. Гордей замешкался, но только на секунду. Он успел 
уловить в глазах непрошеных гостей звериный блеск и холодный 
расчёт, виденный не раз у махровых убийц, расчёт, который не 
оставлял сомнений в  намерениях. Дальше действовал 
инстинктивно и быстро, что нарабатывалось годами.  Мгновенно 
выхватил из плечевой кобуры пистолет, оставленный на 
непредвиденный случай Ужовым, и выстрелил, падая под стол с 
криком:
      - Аня! Быстро за печку!
      В ответ прозвучал залп, так что стол подпрыгнул от 
впившейся дроби, с печки посыпалась штукатурка а комната 
наполнилась пороховым дымом. Тут же с громкими проклятиями 
бандиты  ретировались вон, так как из-под стола прозвучал 
опять выстрел. Бандиты не ожидали такого отпора, поэтому их 
стрельба оказалась, к счастью, без последствий для Сизова, да 
и стол помог. Не опуская руку с пистолетом, нацеленным на 
дверь, он стал медленно вылезать и подниматься на ноги.
-	Аня? Дед? У вас всё в порядке?
      - Как будто... – прозвучал дрожащий голос, и Аня 
выглянула из-за печки. – Немного задело руку...
      Затем осторожно выглянул и Хитрый. У него был такой 
свирепый вид, что, казалось, кинется на кого-нибудь и 
разорвёт.
      - Вот, злодеи! А? Это те самые, которые уже хотели 
отправить меня гнить в трясине. Что ж это им, гадам 
фашистским, недобиткам проклятым, неймётся? И откель они 
взялись, отродье сатаны!
      - Весело у вас на болоте, дед Пантелей! Фашисты не 
фашисты, а хорошего от них ждать не придётся... Хотя и зацепил 
я кого-то...
      В подтверждение слов Гордея, вновь защёлкали выстрелы, и 
стёкла в единственном маленьком окошке рассыпались мелкими 
осколками. Несколько кусочков впилось Сизову в лицо. Он 
отскочил к стене и скомандовал:
      - Оставайтесь за печкой, Аня! У тебя должен быть 
мобильник: позвони Пужаному! Мой, когда я был в отключке, эти 
ребятки прибрали.
      Через время за дверью послышалась возня и стуки: стало 
ясно, что их закрыли. На этом неприятности не закончились: у 
Ани сел аккумулятор мобильного телефона, а в дом настойчиво 
устремились характерные запахи. “Неужели у них есть бензин? – 
с тревогой и щемящей тоской подумал Гордей, глянув на 
озабоченные, бледные лица, выглядывающие из-за печки. Дед 
смачно сплюнул и подтвердил опасения:
      - Мать твою в кочерыжку! Как это я забыл про солярку в 
сарае – нашли, отморозки...

      Выбежав из дома, Саня грязно ругнулся, трогая левый бок: 
на куске продырявленной ткани нарастало красное пятно.
      - Зацепил, гад! Мент трухлявый!
      В ответ Кузя моргал глазками, как обиженный ребёнок, и 
пытался что-то советовать. Он явно был напуган таким 
непредвиденным поворотом задуманной расправы.
      - Что с нами будет? – заскулил тоненько бандит, подвывая 
по-щенячьи.
      - Что-что? Хана котятам - больше гадить не будут, - 
оголяя бок, неожиданно злорадно предсказал Саня.
      Рана оказалась пустяковой: пуля прошла по касательной 
вырвав небольшой кусок кожи. Саня нашёл в кармане носовой 
платок (чистоплотным и предусмотрительным был с детства), 
оторвал половину и прилепил к ране. Делал всё с нарастающей 
злобой. Закончив медицинские процедуры, свирепо глянул на 
плаксивого Кузю и прорычал:
      - Не скули, ханурик! Будем жить, а этих п... будем 
добивать, палить, грызть – но пощады пусть не ждут!
      После чего дружки подобрались к окну и открыли пальбу, 
потом закрыли палкой дверь и завалили вход деревянным хламом и 
поленьями для топки. Дерево носили из низенького сарайчика. И 
тут Кузя от радости чуть не лишился чувств:
      - Саня! Канистра с солярой. Это же... – от возбуждения и 
осознания, что увидел, как уничтожить людей, даже захлебнулся 
слюной.
      Подбежав и глянув на ржавую, масляную посудину, Саня 
затрясся.
      - Молодец, братуха, счас мы их поджарим, век воли не 
видать!
      Оставив Кузю прикрывать выстрелами в сторону окна, Саня 
добросовестно и аккуратно обрызгал  соляркой всю избушку 
кругом, особенно в районе  дверей. Сизов время от времени 
постреливал, но безрезультатно, поскольку мешала Кузина 
пальба, да и разучился он стрелять в людей, даже таких... 
Стрелял больше для того, чтобы попугать!
-	Хорошо, что окно узкое, - злорадствовал Кузя, - никто 
не выберется.
      - Точно... –  люто пыхтел Саня, воспламеняя зажигалку.
      Поджечь удалось не сразу: то пламя сбивалось, то солярки 
не хватало. Но вот огонь вспыхнул и неумолимо понёсся по 
одному ему известному причудливому пути.
      - Ага! – оскалился Кузя и запрыгал на месте как дебил, 
получивший долгожданную игрушку.
-	Постреляем ещё! – остановил его Саня.  
      Под ружейную пальбу  они наблюдали, как огонь проворно 
охватил домик и взвился ввысь. Горело споро! За лето дерево 
высохло, не промочил и последний дождь. Дружкам пришлось даже 
отойти подальше от нахлынувшего жара. Вот уже стали рушиться 
стены, потом крыша...
      Когда, подняв сноп искр, упала  последняя балка и 
показалась закопчённая печка, Саня скомандовал:
      - Аминь! Пора сматываться...
      Из-за треска догорающих брёвен выстрелы прозвучали почти 
неслышно. Саня дёрнулся и с удивлённым лицом попытался 
повернуться. Но резкая боль затуманила голову и парализовала 
тело. Дёрнувшись, он кулем упал на мшистую землю.  Кузя 
широко, как на глубоком вдохе, открыл рот и беззвучно 
распластался там, где стоял. 
      Огонь стал слабеть, и из-за рассеивающегося облака дыма 
выглянуло солнце. Оно осветило человека в сером охотничьем 
плаще с капюшоном, чёрной шляпе и короткоствольной винтовкой 
за плечами. Он отточенными движениями, будто всю жизнь этим и 
занимался, перетащил тела незадачливых дружков  к воде и 
столкнул их в мутную, зелёную жижу. Подождал, пока успокоилась 
водно-грязевая смесь, поглотив тела, и тревожно озираясь 
покинул остров.
      
      Конец первой части.
Часть 2. Глава 1. Жук уходит в лес.
Возврат к оглавлению
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш адрес email не будет опубликован.

 символов осталось