За гранью будущего. Часть 2. Глава 6.

	Утро выдалось хмурым. Усиливался восточный ветер, по небу 
неслись белые клочья облаков, которых уже догоняли чёрные 
глыбы. Они налетали друг на друга, словно соревнуясь в беге, и 
яростно толкались, отчего их формы причудливо менялись. Пахло 
сыростью.
	Ребята только перепрыгнули через пограничную канаву, как 
из-за зарослей диких слив показались супруги, Петро и Галя. 
Они призывно помахали руками и заторопились. В лесок входили 
все вместе. Шли без опаски, прислушиваясь к тревожному гулу 
деревьев, и поглядывая на неприветливое небо.
	Вчера вечером, когда вернулся Алексей, долго и горячо 
обсуждали новости. Задело и Христю. Художник даже предложил, 
не откладывая, сходить ночью и взять самим золотой небесный 
подарок. На что Алексей прочитал ему краткую лекцию о 
коварстве алчности. Виталик-Спирит посчитал, что дело не в 
золоте, и бегал по пристройке гоголем, строя варианты 
объяснений таинственного воздействия метеорита на человека. 
Один Алексей оставался спокойным и серьёзным: его многое 
смущало и, прежде всего, свои ощущения там, возле ямы. Такое 
чувство необычной, воздушной лёгкости он давно не испытывал...

	С собой дополнительно взяли ломик и топор - Петро прятал 
в лесу лопаты и самодельную взрывчатку. Готовились 
основательно заняться выемкой космического пришельца.
	Когда пришли на место, Виталик стал подрагивать от 
возбуждения. По дороге, он, единственный, говорил без умолку, 
рассказывал, что успел вычитать о космических пришельцах. 
	- В каком виде они явятся?... Это большой научный вопрос. 
Многие считают – в любом: вплоть до каменного, скажем 
кремниевого,  состояния. Или в виде микроорганизмов, бактерий. 
Только не таких, что мы знаем, а интеллектуальных! – блистал 
очами Виталик, воодушевлённый собственными познаниями и 
догадками.
	Теперь же, когда до пришельца было рукой подать, на 
Спирита нашло чрезвычайное волнение, даже ноги стали ватными: 
его потряхивало и качало из стороны в сторону. 
      Тем временем, парни примерились, отодвинули пень, 
заглянули в яму. Алексей сразу отметил, что свет ослабел.
	- Уходит... – с напряжением  в голосе и темнотой в глазах 
пояснил Петро. 
	- Такой тяжёлый? – озаботился Виталик. 
	- Да нет, у меня получалось его приподнять, но круговерть 
в голове не давала вытащить. Может, сейчас, если все гуртом 
навалимся...
	Алексей взглянул на небо – в этот момент тучи 
рассосались,  показался яркий просвет – и решительно ступил на 
ступеньки первым. За ним с лопатой опустился Петро, потом с 
ломом Христя, Виталик и Галя. 
	Чем глубже опускались – а глубины было метра три – тем у 
Алексея нарастало ощущение той самой необычной лёгкости и в 
теле, и в мыслях. Фосфорический свет исходил пятикопеечной 
точкой и становился ярче.
	На дне ямы места хватало двоим. Петро нагнулся и стал 
аккуратно разгребать землю вокруг свечения. Вскоре уже 
отчётливо виднелся жёлтый блеск неровной поверхности, через 
которую странным образом пробивался мягкий свет. Вот 
обозначился весь метеорит, его округлые выступы.
	Алексей спонтанно нагнулся и взял метеорит в руки...
	Мгновение - и в глазах проскочила яркая вспышка, тело 
стало невесомым! Потом оно будто приподнялось и разлетелось на 
мелкие кусочки. Голова взметнулась куда-то отдельно. В ней 
вначале зашевелился крот, а потом завертелся такой вихрь, что 
Алексей уже ничего не чувствовал. Мозг отключился...

	Он мотнул головой и осознал себя лежавшим на траве. В 
затылке ещё ломило, но тело наливалось знакомой тяжестью и 
казалось управляемым.  Приподнялся на локте, оглянулся. 
Вдалеке, как в густом тумане, проявлялись вначале расплывчато, 
смутно, а потом отчётливее Петро, Христя, Галя и последним 
Виталик. Слабая улыбка невольно проскользнула на губах 
Алексея: “Значит, всё в порядке... – подумал он облегчённо и 
тут же спохватился, судорожно оглядываясь: - Но где мы?...”
	Окружающая местность коренным образом отличалась от 
степной евсеевской: зеленовато-коричневый луг, за ним 
плескалась широкая река, противоположный берег которой 
щетинился стеной чёрного леса. За лесом, будто сценические 
декорации, упирались в облака белые вершины гор.
	Друзья и невольные сотоварищи, Петро и Галя, тем временем 
приходили в себя: отряхивались и, возбуждённо переговариваясь, 
направлялись к Алексею. Уже издалека Виталик комментировал 
ситуацию:
	- По всей логике общения с неземными пришельцами, мы 
должны куда-то переместиться в пространстве, а, возможно, и во 
времени.
	- Типун тебе на язык, - свирепо крутанул глазами 
художник, нервно теребя бороду и усы. – У меня картина на 
мази, а ты со своим переходом!
	Супруги тоже не разделяли оптимизма Виталика и пугливо 
оглядывались, о чём-то перешёптываясь. Алексей поднялся на 
ноги. Чувствовал себя, как после долгого сна: расслабленным, с 
затуманенным мозгом и лёгкой рябью в глазах. Когда же подошли 
остальные – “проснулся” полностью. Возвращалась уверенность, а 
тело наливалось знакомой упругостью и силой. 
	- Всё-таки надо бы тебя увековечить! – сверкнул зрачками 
подошедший Христя. – Пока не увяла мужская красота. На твой 
портрет передряги действуют, как медовая маска на Бритни 
Спирс.
	Алексей было смутился от таких не к месту лестных 
комплиментов, но быстро собрался:
	- В последнее время я действительно попадаю в такие, как 
ты выразился, передряги, что уже ничему не удивляюсь. И всё 
же... Лично мне не хотелось, чтобы оказался прав наш штатный 
учёный, уважаемый Виталий... Иванович. Не горю желанием 
попасть в мир иной. Что скажите, друзья по несчастью?
	Начался обмен мнениями, в котором Виталик отличался 
убедительностью суждений и неиссякаемым оптимизмом:
	- Боятся нечего. Можно только мечтать о таком чудесном 
превращении... – замер он на последнем слове. 
      Все дружно повернулись в направлении взгляда Виталика - к 
ним цепочкой шли странного вида люди. Последний раз такое 
видели в американском фильме про людей эпохи каменного века. 
Выделялся первый, типичный “неандерталец”: согбенная походка, 
спадающие на лицо длинные волосы, жиденькая бородка, вместо 
одежды - лохматая шкура, подвязанная бечевой, а в правой руке 
грубо обтёсанная дубина. Остальные особо не отличались, разве 
что размерами – были заметно мельче. 
      Первое, что напрашивалось, - попали на съёмки кино! 
Спирит разочарованно искривился. У остальных 
“путешественников” на лицах проскочило что-то аналогичное. 
Художник оценил увиденное по-своему:
	- Убей меня Бог, но к нам движется передовой отряд 
племени Мумба-Юмба, которое до сих роковых пор не было 
замечено, во всяком случае нашей свободной прессой, в 
каннибализме, что ободряет.
	Пока Виталик искал другое толкование, люди, поступью 
обезьян-шимпанзе, окружили компаньонов и с угрюмыми лицами 
стали их изучать. Алексею почему-то стало смешно. Улыбнувшись, 
он протянул руку главному и сказал подчёркнуто миролюбиво:
	- Кто бы вы ни были, буду рад знакомству, Алексей...
	Про себя отметил, что вблизи вид незнакомцев отступает от 
классического образа праотцов  человечества, который 
сформировался ещё со школы. Небольшого роста, головы 
неестественно шарообразны, лбы увеличены, как у больных 
менингитом; глаза на выкате, губы слишком тонкие для 
первобытных. Вот только густые волосы, выглядывающие из-под 
шкур, опять навевали мысли о далёком прошлом. 
	Главный гмыкнул и уверенно протянул руку. Пожатие было 
ощутимым, сильным. Алексей напрягся ладонью и смягчил 
последствия: кости только слегка хрустнули. Главный 
почтительно опустил кончики губ, крутанул головой и пробубнил 
на понятном русском:
	- Крепкий... – и добавил странную фразу, в принципе 
понятную: - Мой шифр простой – Бит, по записи - Иванов. Как вы 
попали на нашу территорию?
	- Да... – замялся Алексей.
	- Понятно, - опередил его Бит. – Это вымирающее племя 
импульсистов кочевряжится. Думают нас ростом задавить, - 
неандерталец осмотрел Алексея, который на голову был выше, и 
резко продолжил: -  Не получится! Берём вас на блокировку и 
сажаем в корзину: там вы никуда не денетесь. Может, и пользу 
какую потом поимеем, если восстановим.
	- Обождите... – попытался объясниться Алексей, но его 
опередил возмущенный голос Христи.
	- Уважаемый Бит, скажи лучше, что за кинуху вы тут 
стряпаете? Давайте закончим этот спектакль: в животе кишки уже 
грызутся – пора и гостей накормить.
	- Ребята! – активизировался Виталик. – Вы что не видите, 
мы перескочили по времени с десяток тысячелетий назад до 
рождества Христова! А вы про обед...
	- Что за бред! – возмутился Бит. – Какой перескок, что вы 
нас цифрой давите, мозги фильтруете. Вы хотите сказать, что не 
из племени импульсистов?
	- Конечно нет! – чуть не рассмеялся Алексей. – Русского 
мы племени, как и вы, наверное...
	- Единого русского племени давно уже нет, что вы 
придуриваетесь. Надели маскарадные, допотопные тряпки и решили 
нас пугануть?
	- Мы? В маскараде? – опять влез художник. – А вы тогда в 
чём?
      Перепалка нарастала! Петро онемел и соответственно 
обстановке реагировал: он то покрывался потом, то начинал 
дрожать. Галя смотрела на происходящее с недоумением, моргала 
карими глазками и облизывала высыхающие губы. Стороны явно не 
могли понять друг друга, а дубинки в руках “дикарей”  
угрожающе напряглись и не предвещали ничего хорошего.
      В разгар спора, из цепочки “неандертальцев” вышел 
крепенький, сухощавый паренёк. Он выделялся задумчивыми 
глазами и чистым лицом, без всякой растительности. Шкура 
висела на нём мешком и постоянно сползала на спину.
      - Дай сообщение выдать, Бит.
      - Айкай, Компик! Ты у нас когда-то с бумажными архивами 
возился. Выдай разумное.
      Все разом замолчали и с напряжённым вниманием посмотрели 
на того, кого назвали Компиком. Он переложил дубинку в левую 
руку, потёр правой выпуклый лоб и пристально взглянул на 
Алексея: 
	- В архиве прамагистра Якова я вычитал, что в двадцатом 
веке начали морозить некоторых, желающих заглянуть в будущее. 
Думаю, что импульсисты докопались до таких экземпляров, 
разморозили их и вздумали нас сначала зафальшивить, а потом и 
вовсе обнулить. Других вариантов не вижу. Ещё раз уточняю: по 
внешним данным – это модели как минимум начала двадцать 
первого века. Предлагаю, ввиду их слабого потенциала, всей 
коллекцией переформатировать и настроить на наши параметры. 
	Цепочка “неандертальцев” одобрительно загудела, а Бит 
расслабился зверской улыбкой и похвалил Компика:
	- Недаром я тебя вытащил их корзины – дельные сигналы 
выдаёшь.
	После такой странной беседы, Бит повернулся к пришельцам 
и скомандовал построиться в ряд. Виталик пробовал вступить в 
предметный диалог, чтобы выяснить детали. Христя вертел очами 
и теребил бороду (усы он грыз при наличии благодушия), а Петро 
не мог сдвинуться с места. Галя растерянно смотрела на 
супруга, тянула его за руку и мучительно подыскивала нужные 
слова. Только Алексей вёл себя более уверенно и раскованно. Он 
и возглавил своих сотоварищей. Выстроившись в цепочку, которую 
окружили “дикари”, двинулись по берегу. 
 	Шли молча... Переживали и обдумывали чрезвычайную 
ситуацию. Пейзаж вокруг не менялся. Шумела речка. Берег был 
глинистый, затвердевший. Над лугом носилась мошкара, а солнце 
было спрятано за сплошным маревом серых облаков. Птиц не было 
ни слышно, ни видно. “У нас, должно, пошёл дождь...” – 
промелькнула у Алексея обрывочная мысль. Он незаметно 
обернулся и встретился с беспокойным взглядом Гали. Успел ей 
ободряюще подмигнуть. На душе стало спокойнее...
Часть 2. Глава 7.
Возврат к оглавлению
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш адрес email не будет опубликован.

 символов осталось