Без денег сон крепче.

	Антип Лопухин работал вахтёром в офисе фирмы “Клёво!”. 
Работёнка непыльная, поскольку парадный холл регулярно, каждое 
утро, выскребала и вымывала уборщица Нинка, жердеобразная деваха 
с сумеречным взглядом на тусклом лице. Чего это она, ещё молодая, 
хотя и потрёпанная, взялась за японскую швабру европейской 
сборки, отечественную тряпку южнокорейской раскраски и китайское 
модерновое ведро, купленное в Одессе, можно было только гадать. 
Но работу свою знала досконально и чистоту поддерживала как 
внизу, так и в углах вверху, скажем под потолком. 
	Зарплату Антип имел стабильную, не подверженную изменениям, 
даже плавным. Оно и понятно: сутки коротаешь в роскошном месте, 
потом двое валяешься дома на скромном диване у телевизора или с 
газеткой, или с журнальчиком жёлтого содержания, или... В общем, 
занять свободное время было чем. Хотя жену видел редко, поскольку 
та батрачила, тоже на стабильную зарплату, но уже в особняке 
неизвестного олигарха в почётной должности дворника-попечителя 
кустов, цветов, газонной травы и другой зелени.
	Так что жили скромно, вдвоём – только перевалило за тридцать 
и впереди ещё были и силы, и время для продолжения рода. Частный 
домик на окраине спального района с сотками старого сада-огорода 
органично дополнял неспешное существование ещё нестарой семьи.
	
      И вдруг спокойное течение жизни Антипа оказалось под угрозой 
- дела фирмы ”Клёво!” развернулись и стали улучшаться! 
      День тогда выдался почему-то мерзкий, хотя и летний: задул 
северянин, нагнал черноты, пыли и нудный, до зубной и шейной 
боли, дождик. Капли дождя, пока Антип добирался до работы, 
противно залезали за воротник, елозили по шее и отдавались в 
зубах! Хотя с зубами было всё в порядке, в виду их полного 
отсутствия: “липучки-челюсти” свою роль в первичной обработке 
пищи выполняли исправно. Да, так уж вышло, что ещё на школьном 
выпускном, в мальчишеской драке, Антипу основательно подчистил 
полость рта, в смысле зубов, его бывший дружок, начинающий 
боксёр, Сашка Беспутный.
      Но это так, отступление. Теперь же по теме. 
      
      Итак, фирма развернулась... к вахтёру лицом – ему повысили 
зарплату! 
      Повысили так, чуть-чуть, но Антип, как и положено человеку с 
нормальной ориентацией, обрадовался и очень толково благодарил 
начальника. Потом прибежал домой весёлый, намокший и бодренький.  
С женой долго пересчитывали повышенную доплату и радовались, как 
щенята, которым к одной кости добавили ещё одну, помельче. Стали 
строить планы, судить, рядить, даже примеривать. 
      И тут наметилась нестыковка - излишек денег никак не 
вписывался в устоявшиеся расходы семьи. Купить на этот довесок, 
скажем, лишнюю буханку хлеба было можно, но не нужно, поскольку 
хватало и одной. А купить, скажем, курицу, даже турецкую, явно 
бумажек на доставало, да и своя имелась...
      
      Придя, как-то, поутру домой после работы, Антип так 
озаботился возникшей проблемой, что задержался возле ворот.
	Стал прохаживаться, проделывая движения очень занятого и 
задумчивого человека, как-то: мял нос, тёр лоб,  губы то жевал, 
то кривил, то сворачивал в дудочку. При этом и вздыхал, и 
постанывал, даже подвывал слегка.
	- И у меня ворота ни к чёрту! – громыхнул голос за спиной и 
ударил камнем по затылку.
	Антип передёрнулся и обернулся – улыбающаяся морда соседа 
Романыча, рослого толстяка с лоснящимися щеками, сначала 
показалась противной, но потом смягчилась.
	- Да... – выдохнул тоску Антип, - пора бы и обновить.
	- А деньжат... как всегда недород, - посочувствовал сосед. – 
Но не у всех. Вот, у меня свояк приловчился деньгу плодить – безо 
всякого напряга!
	- Это как? – оживился Антип и заинтересованно придвинулся к 
животу соседа.
	- Просто – через банк. Процент сейчас высокий: двадцать 
четыре годовых или два процента в месяц! Прикидываешь! Это ж если 
положить даже тысчонку, то отхватишь двадцатку не горбатясь. А 
это же бутылка водки. А если вложить десять штук!... А?
	- А банк-то какой?
	- Да любой. Например, у нас на углу филиал “Раздейбанка”. 
Очень даже солидное учреждение с центральным офисом на нашем 
районном рынке. Или...
	В общем, Романыч оказался докой в банковском секторе 
экономики района и просветил совершенно бесплатно 
заинтересовавшегося Лопухина. А тот замлел от идеи и в порыве 
чувства даже сказал Романычу (в конце разговора) “спасибо”.

	На следующий день – “отсыпной”, кстати – получив добро от 
жены, Антип отправился со своей доплатой в “Раздейбанк”.
	Коммерческое предприятие встретило высокими, с отвалившейся 
плиткой, ступеньками, двумя зарешёченными дверями и перепуганным 
охранником – по виду старшеклассником из соседней гимназии, 
мальчиком с болтающимся форменным пиджаком и тонкой шеей. Да, ещё 
на поясе выделалась пустая кобура.
	- Мне бы деньги положить, под проценты... – обратился 
Лопухин почему-то не к побледневшему охраннику, а к солидного 
вида даме, рассматривающей рекламу банка, занимавшую всю стену 
напротив. Дама вопроса не поняла, только грозно зыркнула, а 
охранник пропищал:
	- Вон, к тому столику, пожалуйста.
	Антипу вдруг стало не по себе, что проигнорировал пацана и, 
кивая, в знак благодарности, он поспешил к симпатичной брюнетке, 
по виду школьницы из той же гимназии, но с приветливым лицом.
	
      Девушка, не отводя глаз от экрана монитора, приняла 
посетителя более чем радушно: она так мило улыбалась, так толково 
разъясняла о сроках, процентах, преимуществах их банка, что Антип 
растрогался. “До чего ж приятное дело, оказывается, хранить и 
растить деньги в банке!” – мысленно восторгался он.
	А девушка, задавая вопросы, очень ловко шлёпала по 
клавиатуре, водила “мышкой” и даже плечами.
	- Сколько будем ложить? – улыбнулась гимназистка, не 
прерываясь от компьютерных телодвижений.
	- ...надцать, - умиленно выдохнул расслабившийся вкладчик.
	- Евро? – оторвалось личико от экрана.
	- Да, нет, нашенских, - обрадовано заулыбался Антип.
	Девушка окончательно оставила компьютерные упражнения, 
развернулась на крутящемся стуле, выставив очень даже голенькие 
ножки, и так широко раскрыла глаза, что они стали похожи на два 
китайских фонарика.
	- Шутить изволите? – приветливость слетела со лба девушки и 
заменилась на свирепость болонки, вознамерившейся кинуться на 
слона.
	- Сколько дали... – попытался выправить ситуацию Лопухин и 
заторопился. – Да я буду подносить каждый месяц! Вы не 
переживайте!
	- Ладно. Схожу к начальнику. Проконсультируюсь, - почти 
грубо отозвалась школьница, резко встала и, виляя узкими бёдрами, 
обтянутыми потрёпанной джинсовой юбчонкой, засеменила на высоких  
каблучках к угловой двери.
	Очень скоро тишина за дверью сменилась на противоречивый 
разнонаправленный рокот, который постепенно утих. Девушка вышла 
покрасневшая, с растрёпанной причёской и нездоровым блеском в 
накрашенных очах. Она молча уселась и начала лихорадочно щёлкать. 
Наконец из щели принтера вылез  долгожданный договор.
	- Идите в кассу, - не глядя, ткнула бумагу притихшему 
клиенту.
	Так Антип вложил свои кровно заработанные добавленные 
рублики в рост под солидные проценты! 

	Ещё не утих восторг от удачно проведенной бизнесоперации, 
как тот же Романыч ввёл Антипа в новое сумление. В этот раз 
встретились вначале улицы.
	- Вот, незадача, - запыхтел сосед, облизывая толстые губы. – 
Свояк мой разорился – банк обанкротился, а сумма не застрахована. 
Представляешь, какая подлянка!
	У Антипа ёкнуло, помокрело подмышками и отдалось слабостью в 
коленях – еле устоял на ногах:
	- Это, как? И м-мой... Раздей...
	- Да, не. Раздей пока выживает. У них инвестор богатенький 
подвалил, но всё может быть... 
	Сосед погладил живот, потянул носом и поплыл домой. А Антип 
ещё постоял, пока коленки успокоились.

	Ночь не спал...
	Снился ему финансовый кризис – этакая рогатая скотина, 
которая так и норовила сжевать Антиповы рубли! Причем жевала с 
таким аппетитом, что слюнки катились из зубастой пасти.
	“Всё! – проснулся до восхода солнца издёрганный клиент 
банка. – Иду снимать, пока эта сволочь не сжевала!”
	Как Лопухин расторгал досрочно договор и получал, за вычетом 
копеечных процентов, свой крошечный вклад – рассказ отдельный и 
не короткий. Но мужик выжил и решил хранить деньги старым 
дедовским способом – для начала в чулке!
	
      Способ-то старинный, но подзабытый, посоветоваться не с кем. 
Жена так нагазонилась за день, что спала в одном положении, не 
поворачиваясь. Пришлось Антипу самому две ночи маяться в тяжких 
раздумьях: какой чулок лучше подойдёт и где его прятать? К 
третьей ночи решился на капроновый, ещё бабушкин, носок. А место 
захоронения выбрал хитро – на шкафу в коробке из-под ботинок. 
“Кто додумается, что денежки лежат в таком месте?” – облегчённо 
рассудил он, поглядывая с умилением на шкаф.
	После проделанных манипуляций сны утихомирились...
      Однако благодушие продолжалось недолго! 
      
      Уже на следующий день Антипа чуть инсульт не стукнул – 
домашний котяра Пупсик умудрился залезть в заветную коробку. И 
теперь бессовестное животное с азартом гоняло по углам дома 
чулочный клубок с доплатой и выделывало такие пируэты, что у 
Антипа речь отнялась до самого ужина. Он еле отобрал у 
раззадорившегося кота клубок, пинками вышвырнул опешившего 
Пупсика из дома и до прихода жены отлёживался на диване с 
компрессом на лбу.
	
      Ночь прошла кошмарно! 
      Снился Пупсик. Он противно мяукал и катил клубок с деньгами 
прямо в лужу с молоком! Бумажки рассыпались, мокли и уже тонули 
не в луже, а в молочном море.
      Антип со стоном проснулся, чем напугал жену. Она, 
оказывается, давно не спала и с тревогой наблюдала за его сонными 
мучениями.
      - Приболел, не иначе, - участливо трогала женщина 
разгорячённый супружеский лоб.
      - Есть маленько, - тяжко искривился Антип и, сползши с 
кровати, поплёлся на кухню выпить кваску. Пока шёл натужно 
соображал – как быть дальше с деньгами. Банка! Осенила приятная 
мысль и позволила сносно доспать до утра.
      
      Полулитровая банка из-под огурчиков фирмы “Приятные соления” 
подошла очень кстати. Очередную денежную копилку, следуя 
классике, закопал в саду под яблонькой. Место старательно засыпал 
прошлогодними листьями и сухими веточками. Убедился в его полной 
неприметности и скрытности и, удовлетворённый, отправился на 
работу.
      На вахте спал спокойно, поскольку снилось нечто приятное, 
потому и не запомнившееся.
      
      Однако благодушие продолжалось недолго... 
      Уже на следующий день, после работы, решился глянуть, так, 
на всякий случай, как там яблонька и земелька вокруг неё. Вдруг 
опять какая-нибудь тварь донюхается (чего теоретически быть не 
должно) и выроет банку!
      Вошёл в сад, посмотрел на ряд яблонек и помокрел не только 
спиной – оказывается, в спешке забыл сделать отметину на заветной 
яблоньке. Их, вон, с десяток! У какой закопал?... От осознания 
прокола, коленки задрожали, а в животе так кольнуло, что собрался 
бежать в кусты. Однако собрался, сосредоточился и принялся 
обследовать плодовые деревья. 
      Сколько ползал на коленках Антип по саду – не помнит. Только 
результат получился нулевой. Пришедшая жена заглянула, 
естественно, в сад и очень опечалилась уведенным. Закрались у 
женщины сомнения в психическом здоровье мужа. Однако Антип 
вменяемо обрадовался жене, попросил её постоять на страже – чтобы 
соседи не увидели – и с лопатой старательно обкопал все яблоньки. 
Найденную  банку чуть не расцеловал. Во всяком случае, 
прослезился, чем окончательно убедил женщину, что с деньгами 
нужно что-то делать.
      Они допоздна перебирали варианты, ссорились, вместе плакали, 
мирились, даже собирались песни петь, но варианта подходящего так 
и не нашли. На том и заснули, прямо с банкой...
      
      Чем бы кончились мучения с доплатой – может, даже и тихой 
лечебницей с решётчатыми окнами – если бы не явление, которое 
называется не нашим, но ощутимо понятным словом, - инфляция! 
      Пока Антип страдал бессонницей, выискивая подходящие 
способы, как лучше пристроить так неожиданно привалившие деньги, 
хлеб подорожал на эту самую доплату! И проблема исчезла сама 
собой. Вытащив деньги из банки, добавив недостающие, Лопухин побежал 
в хлебный ларёк, купил пахнущий кирпичик и потом долго его разглядывал, 
нюхал и даже мял на кухне. 
      - Какой хлеб! – восхищённо шептал он.
      
      В эту ночь Антип спал без сновидений, как младенец...

30.04.2011 года. 
Возврат к оглавлению цикла
ПлохоСлабоватоСреднеХорошоОтлично! (Пока оценок нет)
Загрузка...

Добавить комментарий (чтобы Вам ответили, укажите свой email)

Ваш адрес email не будет опубликован.

 символов осталось